ГлавнаяО себеХирургияПубликации
Боровиков Алексей Михайлович - доктор медицинских наук, профессорПЛАСТИЧЕСКАЯ, ЭСТЕТИЧЕСКАЯ И РЕКОНСТРУКТИВНАЯ ХИРУРГИЯ
 
 
 
лицо
нос (ринопластика)
уши
пластика груди
воссоздание контуров тела
подтяжка бедер, ягодиц, плеч
липоскульптура
абдоминопластика
реконструктивная микрохирургия
хирургия пола, бесплодия
 
 
 
 
пластика груди

 

увеличение молочных желез
для пациента для коллег

 

подтяжка и уменьшение груди
для пациента для коллег for colleagues

 

реконструкция
для пациента для коллег for colleagues

 

Говоря о разных культурах, мы видим меняющийся облик женского идеала. Статистические размеры бюста у представительниц разных народов отличаются мало, но если во Франции преобладают операции по уменьшению природных размеров, то в Америке большинство дам, обращающихся к пластическим хирургам, просят увеличить грудь. Причем лишь в 15 процентах случаев желание получить искусственную грудь является результатом ее утраты после онкологических операций. Остальные 85 процентов пациенток преследуют косметические цели. Однако именно попытки восстановить утраченную молочную железу привели к современному расцвету этой области хирургии.

Сопротивление может вызывать сама идея заменить орган вскармливания, символ материнства, символом эротической привлекательности. Риторически вопрос выглядит следующим образом: “Так что же для вас важнее, форма или содержание?” Не всякая культура мирится с такой постановкой вопроса.

Между тем женщины, недовольные величиной и формой своего бюста - примета всех времен и народов, об этом свидетельствует разнообразие корсетов, лифов и накладок, хранящихся в музеях. В изображениях женщины главенствовала то аскетичная плоскость, то манящая загадочность плодо­родных холмов. Бед­няжкам приходилось то затягиваться в жесткие рамки корсета и подчеркивать скромные объемы глубочайшим де­кольте, то скрывать имеющееся изобилие, облачаясь в ниспадающие одеяния. Но ра­но или поздно одежда снимается и осво­божденные формы возвращаются к своим естественным очертаниям. Не в нынешнем ли эротическом раскрепощении - причина всплеска интереса к обнаженным формам? Этот-то всплеск интереса и обслуживают пластические хирурги. Только не надо думать, что это навязчивый сервис с имплантами наперевес. Музыку заказывают не хирурги, а глобальные культурологические веяния.

В 1898 году хирург Черни взял разрастание жировой ткани – липому – с бедра и пересадил ее под кожу груди у женщины, перенесшей удаление молочной железы. Липома прижилась и – толчок к дальнейшим поискам более доступного материала для увеличения обьема груди был дан.

В 30-х годах прошлого столетия на Западе широко применялось введение жидкого парафина или вазелина под кожу молочных желез. Правда, через несколько лет жертвы подобных операций жалели о содеянном. В лучшем случае, продукты очистки нефти вызывали сильную реакцию, так называемое «продуктивное воспаление», и организм «отгораживался» от непрошеных гостей толстостенными капсулами из соединительной ткани. Дело в том, что на любое проникновение «чужого», будь то микроб или парафин, организм реагирует одинаково – воспалением. Во вре­мя Второй мировой войны плоскогрудые японки, стре­мясь завоевать внимание амери­канских солдат, подвергали себя кустарным операциям, увеличивая грудь с помощью стерильного свиного сала. Это заканчива­лось флегмонами.

Цель такой реакции одна – изгнать непрошеного гостя. Если же прогнать не получается, то организм изолирует чужака, образуя вокруг него барьер из соединительной ткани. Чем чужероднее пришелец, тем сильнее реакция. В результате – твердокаменные бугры, деформирующие грудь и вызывающие боли. При полном отсутствии везения парафин или вазелин разносился по близлежащим тканям, и неизбежное воспаление выливалось в образование незаживающих ран и свищей. Финал в этом случае был прямо противоположен ожидаемому – чтобы спасти женщину от инфекционных осложнений, хирурги были вынуждены удалять то, что собирались увеличить – молочную железу.

В конце 40-х годов началась эра силикона. Однако хирурги не знали другого способа, кроме шприца, и первые пластические операции заключались в таком же введении жидкого силикона в ткань грудных желез. Просто и быстро, как любая инъекция, и видимый результат сразу. А через несколько месяцев хаотично распространившийся гель в окружении рубцовой ткани деформировал грудь и получалось бугристое болезненное безобразие. Результаты оказались не намного лучше, чем после применения парафина. Возникающее воспаление навело исследователей на мысль оградить гель от бурно реагирующих тканей.

Кстати, в России, на Укпаине и в Китае по сию пору наполняют молочную железу с помощью полиакриламидного геля, введенного шприцем, то есть без оболочки. То, что запрещено во всех развитых странах Европы и Америки, у нас открыто применяется и сегодня. Мы не имеем собственного опыта введения безоболочечных наполнителей в молочную железу. Но нами, как и по всей стране, накоплен большой опыт лечения разнообразных осложнений гелевого увеличения: от мелких косметических проблем до полного отсутствия молочной железы. Да и как же забыть о результатах многолетних «экспериментов на людях» на Западе, да и на Востоке? В «цивильной» косметологии допустимо введение не более 2-3 миллилитров геля, например, для коррекции формы губ. Большие объемы любого геля, введенные без оболочки в ткани грудных желез, могут вести себя ничуть не лучше, чем вазелин или жидкий силикон. Изменяется цвет кожи, образуются болезненные уплотнения, деформирующие грудь. Диагностическое исследование молочных желез на предмет онкологических заболеваний становиться крайне сложным. Высок риск микробного заражения.

В 1962 году американские хирурги Кронин и Героу впервые провели операцию увеличения грудных желез с помощью силиконового протеза. Протез представлял собой гладкий мешок из того же самого силикона, молекулы которого были химически «сшиты», заполненный силиконовым гелем. Оболочка предупреждала распространение геля, а значит и образование ран и свищей, но организм по-прежнему реагировал на нее формированием отграничивающей капсулы, которая иногда сильно деформировала грудь. Кроме того, в ранних моделях имплантов силиконовый гель просачивался через оболочку и усиливал реакцию. Дальнейшие исследования были направлены на поиски оптимальных материалов и формы для оболочки протеза.

Именно в это время в странах За­пада, и прежде всего в США, в поло­су активной жизни вступило поко­ление, не знавшее довоенных кризи­сов, мировой войны и тягот послевоенного восстановления. По­коление, давшее человечеству «Битлз», сексуальную революцию и хиппи с их «make love, not war» («за­нимайся любовью, а не войной»), ре­шительно потребовало предъявить грудь обществу. Вот тут и возникла мощная социальная потребность в механизме коррекции природных несправедливостей: ведь неэстетич­ная грудь портила весь праздник раскрепощения!

Именно в это время в странах За­пада, и прежде всего в США, в поло­су активной жизни вступило поко­ление, не знавшее довоенных кризи­сов, мировой войны и тягот послевоенного восстановления. По­коление, давшее человечеству «Битлз», сексуальную революцию и хиппи с их «make love, not war» («за­нимайся любовью, а не войной»), ре­шительно потребовало предъявить грудь обществу. Вот тут и возникла мощная социальная потребность в механизме коррекции природных несправедливостей: ведь неэстетич­ная грудь портила весь праздник раскрепощения!

Первые имплантаты груди отли­чались от лучших современных об­разцов примерно так же, как первые военные аэропланы от сверхзвуковых истре­бителей. Кстати, военная аналогия здесь не случайна. У всех имплантатов оболочка силиконовая, а исследования и раз­работки силиконовых материалов велись в основном для военной и аэ­рокосмической промышленности, где наиболее преуспевали американ­цы. Нигде больше не существовало столь высоких технологий в области сверхчистых силиконов. Именно благодаря внедрению достижений закрытых военно-промышленных лабораторий США в гражданскую медицинскую промышленность и появились имплантаты, сочетающие безопасность с возможностью убедительного эстетического эффекта.

После периода проб и ошибок лучшим по инертности для организма оказался полиуретан. Но он оказался небезопасным в иных отношениях. Поэтому в настоящее время для оболочек используется только силикон, в некоторых моделях он одет полиуретановой шубой. Поверхность современных силиконовых протезов может быть не только гладкой, но и ворсистой. «Запутавшись» между ворсинками, образующаяся капсула из соединительной ткани не способна сильно деформировать грудь. Различна не только форма, но и содержание современных протезов. Наряду с жидким силиконом, наиболее точно имитирующим «на ощупь» ткань грудной железы, для заполнения мешка используется безразличный для организма физиологический раствор.

Несмотря на видимые успехи «силиконовые проблемы» не только не закончились, события неожиданно начали развиваться как в жестком американском боевике. В 1991 году в Соединенных Штатах Америки прошли первые судебные процессы, причиной которых были все те же силиконовые протезы. Несмотря на то, что ни в одном исследовании связь между силиконом и онкологическими или аутоиммунными заболеваниями не была доказана, в1992 году Американская администрация по вопросам лекарственных и пищевых продуктов прекратила лицензирование силиконовых протезов молочной железы для использования в косметологической хирургии на территории США. По мнению всех без исключения пластических хирургов, кампания запрещения силикона имеет совсем не медицинскую, а банальную коммерческую подоплеку. Иски к компаниям-производителям достигают десятков миллиардов долларов, а доказать, что осложнения не связаны с силиконом, слишком трудно. Сегодня в Америке и Франции силиконовые протезы используются для восстановления грудных желез только после мастэктомии (операции по удалению молочной железы). В остальных, менее «американизированных» странах Европы пластическое увеличение женской груди с использованием силиконовых протезов ограничений не имеет.

Несмотря на видимые успехи «силиконовые проблемы» не только не закончились, события неожиданно начали развиваться как в жестком американском боевике. В 1991 году в Соединенных Штатах Америки прошли первые судебные процессы, причиной которых были все те же силиконовые протезы. Несмотря на то, что ни в одном исследовании связь между силиконом и онкологическими или аутоиммунными заболеваниями не была доказана, в1992 году Американская администрация по вопросам лекарственных и пищевых продуктов прекратила лицензирование силиконовых протезов молочной железы для использования в косметологической хирургии на территории США. По мнению всех без исключения пластических хирургов, кампания запрещения силикона имеет совсем не медицинскую, а банальную коммерческую подоплеку. Иски к компаниям-производителям достигают десятков миллиардов долларов, а доказать, что осложнения не связаны с силиконом, слишком трудно. Сегодня в Америке и Франции силиконовые протезы используются для восстановления грудных желез только после мастэктомии (операции по удалению молочной железы). В остальных, менее «американизированных» странах Европы пластическое увеличение женской груди с использованием силиконовых протезов ограничений не имеет.

В нашей стране любая женщина, приняв твердое решение изменить форму груди, имеет возможность получить именно тот протез, который в наибольшей степени удовлетворит ее желания.

Первые отечественные протезы были произведены более 20 лет назад. Они не так дороги, но к сожалению, и не так надежны, как «иностранцы» при эксплуатации. Хирурги, анализирующие результаты своего труда, свидетельствуют, что по разным причинам у трети женщин, получивших во время операции отечественные протезы, замена необходима в течение ближайших двух лет. Нужно иметь в виду, что точного учета не ведет никто, ведь наши производители, в отличие от западных коллег, не отвечают за результат операции, а значит, и не следят за дальнейшей судьбой пациенток. Так что об остальных 60 процентах протезов можно только гадать – они могут служить верой и правдой своим обладательницам, а могут….

Нередко женщины жалуются на провисшую после родов грудь, им тоже показана операция. Технологий подтяжки груди множество, многие включают и вживление эндопротеза. В этом случае пластический хирург будет не просто увеличивать грудь, а действовать с тем расчетом, что бы грудь "поднялась" и стала более "молодой". Ведь это часто бывает необходимо. Нежная кожа под весом молочной железы постоянно растягивается (и тем быстрее это происходит, чем грудь больше). А упражнения, развивающие грудную мышцу, и массаж, возможно, и замедляют естественные процессы увядания груди, но, к сожалению, не могут обратить их вспять.

Многих волнует вопрос о возможности и безопасности грудного вскармливания при наличии силиконового протеза. За безопасность для младенца «силиконовой основы» маминой груди убедительно говорит тот факт, что все современные соски, пробки и бутылочки детского питания изготавливаются из силикона или имеют силиконизированное покрытие. Ну а маме следует подумать, не удалить ли на время грудного вскармливания протез. Дело в том, что во время лактации грудь увеличивается в размерах и после обратного развития не всегда возвращается к первоначальной форме. Поэтому с косметической точки зрения, лучше всего оценить форму «свободной» груди после периода вскармливания и при желании поставить новый, более подходящий протез.

Вообще, операция протезирования грудных желез – это программа на всю жизнь с возможными повторными операциями.

Как говориться, «семь раз отмерь, один раз отрежь». Ваша грудь принадлежит только вам. И если изменением форм вы хотите привлечь чье-либо внимание, подумайте, ведь любят и ценят не часть, а всего человека. Если же природная форма угнетает вас саму и операцию вы делаете прежде всего для себя – дерзайте!

Трудно описать то неповторимое чувство радости, которую испытывает женщина, увидев уже на следующий день после операции самую прекрасную грудь на свете, ту, о которой она столько мечтала…

 
 
Вопросы к профессору
Телефон: (495) 798-12-72
 
 
 
ГЛАВНАЯ | О СЕБЕ | ХИРУРГИЯ | О ПРОФЕССИИ
Copyright © 2004 - Боровиков А. М.